информационное агенство «Экзистенция»

Силиконовая головоломка

«Ни один участник игры не может увеличить свой выигрыш,изменив свое решение в одностороннем порядке, когда другие участники игры не меняют решение».   

Равновесие Нэша

«Самая рискованная экономическая стратегия для России – оставаться сырьевым экспортером». Это утверждение с завидным постоянством звучит из уст лидеров общественного мнения самых разных профессий и политических толков. Кажется, ну все едины во мнении, что несырьевой – промышленный, производственный рывок – единственно возможная стратегия нашего будущего. Во множестве должны создаваться большие и малые предприятия в маргинальных и деградирующих несырьевых отраслях экономики. Но как? В связи с этим особый интерес вызывает обмен мнениями, возникший с обнародованием проекта строительства аналога калифорнийской Кремниевой долины в ближнем Подмосковье.

 Сегодня о деталях проекта практически ничего не известно. Названы только место, пять приоритетных направлений развития и две персоны. Одна из них, Виктор Вексельберг, представляет предпринимательское сословие, а вторая, Жорес Алферов, — гордость отечественной академической науки. Еще присутствуют большие надежды и амбиции руководства страны. Вот, в общем-то, и все, что можно почерпнуть из более или менее официальных источников. В неофициальном же кругу царит в основном обычное для нашей страны мнение о «распиле» бюджетных средств, ворах-бюрократах, ворах-предпринимателях и никакой надежды на «конструктив».

Вот почему и возникла идея рассмотреть опыт разных стран в области построения своих инновационных кластеров, а иными словами — «силиконовых долин». Как же они решали такие задачи?

Впервые словосочетание Silicon Valley (силиконовая долина или кремниевая долина) было употреблено лишь 11 января 1971 года журналистом Доном Хефлером для цикла статей в еженедельном таблоиде «Электроник Ньюс». За последние уже более чем 40 лет многие страны, а, точнее, правительства многих стран ломали себе головы, пробовали проанализировать и повторить успех калифорнийского феномена. Результаты следующие. Индийский город Бангалор – «Силиконовое плоскогорье», штат Карнатака. Практически все средиземноморское побережье Израиля – «Силиконовые вади», считающиеся вторыми в мире по инновационному потенциалу после долины Санта-Клары. Чжун Гуань Цунь – «Силиконовый район» Пекина, бывший первоначально местом, где производство пиратского программного обеспечения, кустарных подделок и нелегальный импорт воспринимались как норма бизнеса. Город Давао – «Силиконовый залив» Филиппин. И это наверняка не полный перечень мест сверхвысокой концентрации предприятий высокотехнологичных отраслей, научно-технических и опытно-конструкторских организаций, университетов и инвестиционных финансовых институтов. Истории развития этих инновационных кластеров существенно разнятся по продолжительности и в различных деталях, но сходны в одном. В основу системы, породившей уникальную культуру взаимодействия предпринимательства и науки, легло структурное взаимодействие государства, науки и бизнеса. Причем именно в таком порядке. Государственное участие здесь проявлялось не только и не столько в проведении оптимальной экономической политики и создании правовой среды, сколько в обеспечении ученых и предпринимателей заказами, как правило, обеспечивающими нужды обороны и разведки.

Красивые сказки о пионерах Силиконовой долины в Калифорнии так или иначе, представляют героических предпринимателей, которые строят полупроводниковые и компьютерные компании: Билл Хьюлетт и Дэвид Паккард – HP, Боб Тэйлор и сотоварищи – XEROX, Джобс и Возняк – Apple, Гордон Мур и Боб Нойс – Intel и так далее. Вдохновляющие легенды о бизнесменах, которые начали с нуля и, несмотря на все трудности, построили успешные компании, снискали массовую любовь. Но никто никогда не писал, как образовалась эта предпринимательская культура.

Действительно, история Силиконовой долины началась в одном из гаражей Пало Альто, но это не был, как принято считать, гараж Хьюлетта и Паккарда. Первой электронной компанией, основанной здесь, было предприятие, созданное Федеральным телеграфом, – «Полсен радио». В 1912 году Ли Дефорест, работавший на Федеральном телеграфе, изобрел триод и стал Стивом Джобсом своих дней – дальновидным, харизматичным и неоднозначным.

Появление Федерального телеграфа и Ли Дефореста в Пало Альто стали главными событиями в рождении Силиконовой долины, отсюда начинается ее история. Появилась «Электроламповая долина».

По словам Стива Бланка, известного предпринимателя и исследователя истории предпринимательства, история калифорнийской Силиконовой долины, ее развитие во время Второй Мировой войны почти не описаны. Однако известно, что еще в 1933 году здесь был основан военно-морской аэродром Моффет Филд, ставший затем федеральным аэродромом. В период с 1933 по 1947 годы для обслуживания интересов военно-морского флота огромное число компаний открыло вокруг аэродрома свои цеха.

Вторая Мировая была, по сути, первой электронной войной. И главной задачей американской и британской армий было «выключить Германскую систему противоздушной обороны». Вооруженные силы организовали сверхсекретную лабораторию для радиоразведки и разработки электронных приемов ведения войны. Но настоящим создателем этой лаборатории стал профессор Стэнфордского университета Фред Терман – лучший радиоинженер станы. В официальной биографии Термана и истории Стэнфорда нет никаких упоминаний об этом.

Сразу после того, как в 1947 году военно-морской флот покинул Моффет Филд, часть его занял Национальный комитет аэронавтики, предшественник Американского Аэрокосмического Агентства. Тут же, наряду с существовавшими предприятиями, окрестности заполнились новыми аэрокосмическими компаниями, такими как «Локхид».

История долины 50-60-х годов не менее занимательна. В это десятилетие она становится «Сверхвысокочастотной долиной». Фирмы, специализирующиеся в области компонентов и систем для сегмента СВЧ, растут как грибы, их число увеличивается с 700 до 7000, создается головокружительный спектр СВЧ-компонентов: клистроны, магнетроны, генераторы обратной волны, лампы блуждающей волны, гиротроны, усилители со скрещенными полями. В это десятилетие гигантское количество денег было потрачено на огромное число компаний, которые никогда не светились в прессе и исторических исследованиях. В них были вложены гораздо большие средства, чем в предприятия, разрабатывающие микросхемы и компьютеры. Затем буквально во всей долине эти приборы начали встраиваться в комплексную систему американской армии другими молодыми и более известными компаниями, такими как Sylvania Electronics Defense Laboratory, Granger Associates, Philco, Dalmo Victor, ESL, Argosystems. До начала полупроводникового бума число инженеров в долине возросло десятикратно, благодаря армейским инженерам, ведь все перечисленные выше приборы — не что иное, как сердце военного электронного оборудования.

Комплекс отношений между военными, промышленными и образовательными институтами времен «холодной войны», в частности, между Стэнфордским университетом и разведывательным ведомством, породили тот взрыв инноваций, тот невиданный поток денег в то время, когда еще не существовало самого понятия венчурного капитала, ту предпринимательскую культуру, которая сегодня считается само собой разумеющейся в Силиконовой долине. Эти факты никогда широко не обсуждались и не освещались.

Индустрия высоких технологий Израиля шла очень похожим путем. Она начала формироваться спустя 12 лет после основания государства и через 8 лет после отмены карточной системы, при которой постное масло мерялось мензурками. В 60-е годы были основаны такие компании, как ECI telecom (1961), затем Tadiran и Elron Electronics Industries (1962). Однако численность успешных международных фирм росла медленно, по одной – две в год. Так было до 1967 года, когда Франция ввела эмбарго на поставки вооружений, что вынудило Израиль развивать собственную военную промышленность, фокусируясь на технологическом преимуществе перед своим недружелюбным окружением. Постепенно кое-кто из военных производителей стал искать своим технологиям гражданское применение. В 70-е годы стартовало много коммерческих инноваций, большая часть которых была основана на военных разработках, сделанных выпускниками MMRM, – компьютерного корпуса армии Израиля. В течение всего этого периода высокотехнологичные компании боролись за коммерциализацию своих продуктов, которая редко бывала успешной.

Только в 90-е годы начался реальный взлет высоких технологий и рост инвестиционной привлекательности Израиля. Этому способствовали, как заключенные мирные соглашения, так и значительный приток высококвалифицированных иммигрантов из СССР.

История нынешнего расцвета венчурного капитала в Израиле берет свое начало в 1993 году, когда правительство представило программу «Йозма» («Инициатива»), которая стала катализатором развития рынка венчурного капитала в стране. Программа предложила очень привлекательные налоговые льготы для иностранного капитала, вкладываемого в израильские предприятия, кроме того, вложенные средства удваивались за счет созданного государственного фонда. В результате за 2006 год в стране было создано 3000 стартапов, больше смогли себе позволить только США.

Несколько по иному развивалась индийская силиконовая долина, мысль о создании которой была впервые высказана в начале 70-х годов прошлого столетия. Идея была встречена с большим скептицизмом: экономика страны находилась под жестким государственным контролем, существовало значительное число заградительных таможенных пошлин (которые, как предполагалось, должны были стимулировать внутреннее высокотехнологическое производство), был существенно ограничен оборот иностранного капитала, уровень коррупции был высок, а уровень жизни — очень низок. Однако премьер-министр штата Карнатака решил поддержать идею и в 1976 году была создана Корпорация штата по развитию электроники (KEONICS). В 1978 году она основала Электроникс Сити на территории двух деревень общей площадью 1,34 кв.км. в окрестностях Бангалора. Все складывалось непросто: арендаторы постоянно жаловались на состояние дорог, энерго- и водоснабжение.

Либерализация индийской экономики, начатая в начале 90-х годов премьер-министром Индии Нарасимхой Рао и министром финансов Манмоханом Сингхом, серьезно изменила ситуацию.

В рамках маркетинговой концепции, KEONICS закрепил прозвище «Силиконовая долина Индии» за территорией Электроникс Сити. Для рекламы этой концепции в одном из журналов была опубликована, а затем многократно перепечатана статья, озаглавленная «Может ли Бангалор стать Индийской силиконовой долиной?». В ней приводились ссылки на исследования Агентства международного развития США 1987 года, которые благоприятно оценивали шансы Бангалора превратиться в центр высоких технологий, подобный калифорнийскому.

Но не все разделяли оптимизм KEONIСS. Вот, например, цитата, приведенная в упомянутой выше статье: «Если правительство Индии смотрит на Бангалор, как на то, что можно превратить в некое подобие Силиконовой долины, то он, конечно, станет Силиконовой долиной. Если говорить о духе Силиконовой долины, то он здесь уже есть. Но если говорить сейчас о продукции, то мы еще очень далеки от этого. Бангалор, конечно, формируется как центр заключения субподрядных договоров IT-индустрии в области исследований и разработок для транснациональных компаний. Но сравнивать его с Силиконовой долиной неблагоразумно. Бангалор имеет компоненты для того, чтобы стать Силиконовой долиной. Возможно, Банголор — единственный город в Индии, способный на это». (Джеймс Хейтцман, 2000 год)

Не имея существенных средств для развития собственных высокотехнологичных производств и доступа к венчурному финансированию, индийские бизнесмены заняли нишу обслуживания бизнес-процессов и производств крупных транснациональных компаний, что превратило Электроникс Сити в аутсорсинговую столицу мира.

По данным KEONIСS, в Электроникс Сити сегодня находятся штаб-квартиры более 100 информационно-технологических корпораций и электронных компаний. И уже в 2006 году зарубежные средства массовой информации стали всерьез задаваться вопросом: «Может ли калифорнийская Силиконовая долина функционально переместиться в Бангалор?».

Другие, упомянутые и не упомянутые выше «силиконовые местности», имеют свои особенности, но все они были инициированы «вдохновленными провидцами» и получили мощное развитие, только будучи поддержанными экономическими, политическими и военно-техническими амбициями правительств своих стран, как их прародительница Силиконовая долина Калифорнии.

Российская силиконовая долина, как и всякая кажущаяся несбыточной мечта о переустройстве, о создании иного пространства, может остаться утопией. Ученые «поколения СССР» крайне скептически оценивают правительственные инициативы в области инноваций, они категорично настаивают на том, что источником инноваций могут быть только научные круги, которым хронически не додают денег. Между тем, инновация, рассматриваемая как смена технологических парадигм, – функция предпринимательского сословия. Предприниматели в нашей стране тоже не готовы заниматься инновационным процессом, ибо привилегированная их часть живет за счет ренты, а остальная — в непрерывной борьбе за выживание. Власть понимает, каковы настроения в обществе, но не хочет принимать всерьез их причину – крайнюю коррумпированность собственных институтов.

Вот такой сложный набор деталей мы имеем для того, чтобы построить наше светлое будущее. И придется крепко поломать голову над тем, как соединить то, что не желает соединяться, а еще над тем, где взять волю изменить то, что не желает изменяться само по себе.

Варвара Калитина

 

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Силиконовая головоломка

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>