информационное агенство «Экзистенция»

Как вести себя во время ареста

 

Отрывок из книги.    Как выжить в современной тюрьме

Как правило, любой арест — явление неожиданное, даже если вы и предполагаете, что подобное может произойти, все равно это, в определенной степени, всегда плохой сюрприз. На неожиданность и делают ставку те, кто вас арестовывает. Вы ошеломлены, напуганы, выбиты из привычной колеи, потеряны и в этот момент, при помощи не хитрого, но действенного набора приемов, арестовывающие могут добиться от вас нужных для них результатов.

Помните, при аресте бессмысленно, глупо и опасно оказывать сопротивление или пытаться бежать. Те, кто вас арестовывает, если не боятся, то, во всяком случае, опасаются и вас, и ваших проявлений, они готовы к ним. Они знают, как поступать в данных обстоятельствах, они имеют опыт подобных ситуаций, и действовать будут на опережение быстро и жестоко. Даже если вам удастся в конкретный момент задержания убежать от оперативных работников, то помните, что все ваши телефоны, телефоны ваших родных и близких, возможно друзей и знакомых окажутся поставленными на прослушивание. Ваши личные данные будут заведены во все компьютерные базы и без специальной заблаговременной подготовки, шансы ваши избежать последующего ареста, мизерны, строго говоря — практически отсутствуют.

Как правило, специальную подготовку в ожидании ареста проводят единицы. Это требует больших денег, новых документов, возможно, изменения внешности, подготовки путей и способов отхода и, самое главное, полной смены привычного уклада и места жизни. При этом связь почти со всеми близкими и, что мучительнее всего, родными будет для вас потеряна надолго.

При аресте ни в коем случае нельзя показывать свою агрессивность или же совершать действия, которые могут быть восприняты работниками правоохранительных органов как ее проявление. В момент появления  с вашей стороны агрессивности у них включается определенный штамп поведения: жесткий и жестокий. Если учесть, что закон, т.е. УК РФ, предусматривает уголовное наказание за сопротивление работникам милиции, то руки у оперативников развязаны, а значит, они могут нанести любой физический вред вашему здоровью вплоть до смертоубийства при этом, не неся никакого уголовного наказания.

Бесполезно также взывать к их разуму и совести. Шутить в таких случаях, тоже не рекомендуется. Оперативные работники шуток не воспринимают.

Если на момент задержания у вас при себе оказались запрещенные к ношению и употреблению вещества и предметы, лучше, по возможности, не привлекая внимание, от них избавиться, выбросив или же уничтожив их (река, колодец для стока воды, унитаз и т.д.), даже если  придется выбрасывать  предметы на глазах у оперативников, не задумывайтесь, — делайте это. При этом вся дальнейшая линия поведения должна быть такой: у меня при себе ничего не было.

Следует помнить, что в момент задержания вам могут подбросить что-либо. В карманы, сумку, одежду, обувь. Если действие происходит в квартире, то подбросить что-либо запрещенное могут и в квартиру. От подброшенных в одежду мелких предметов рекомендуется, по возможности, тоже избавиться.

Старая как мир история про «злого» и «доброго» милиционера с успехом работает до сих пор. Добрых милиционеров не бывает. Любые их действия направлены на получение от вас нужной информации соответствующей их пониманию момента, нужных им показаний, либо извлечения личной, корыстной выгоды. В ситуации: вы и правоохранительные органы, только вы, единственный, будете заинтересованы в благополучном для вас исходе дела. Следует заметить, что те, кто будет вас допрашивать в первые дни ареста, как правило, будут одними и теми же людями, и это будут не следователи, это так называемые — дознаватели. По истечении нескольких дней, в особых случаях недель, вы их в «системе» больше не увидите. Спустя много месяцев они могут появиться еще только в суде.

Работников милиции условно можно разделить на три категории:

обычные милиционеры — выполняющие рутинную работу по охране правопорядка;

дознаватели — ищущие согласно 140 ст. УПК РФ основания для возбуждения уголовного дела, возбуждающие уголовное дело или же принимающие решения об отказе в возбуждении уголовного дела, если вдруг обнаруживается, что причин к его возбуждению нет;

следователи — формирующие уголовное дело, квалифицирующие его согласно УК РФ, собирающие необходимый материал для обвинения и передающие надлежащим образом оформленное дело в суд.

Таким образом первый кто встретится на вашем пути будут обычные милиционеры из Районного Управления Внутренних Дел или же дознаватели из того же РУВД. Если дело серьезное, а статья, по которой оно квалифицируется в УК РФ относится к категории тяжких и особо тяжких преступлений (см. приложение 1 п. 104), то вами будут заниматься работники Городского Управления Внутренних Дел или Главного Управления Внутренних Дел и следователи городской прокуратуры, в особых случаях генеральной прокуратурой РФ.

Дознаватели в силу специфики своей профессии люди нервные, резкие и невоздержанные.  Они ваши враги в буквальном смысле. Их задача — получить или выбить нужные показания у арестованного. Зачастую правильная линия поведения, выработанная на первых допросах, решает исход всего вашего дела или обозначит  общую линию вашей судьбы.

Что же такое правильная линия поведения? Она, безусловно, зависит от данной конкретной ситуации. От того, совершали вы инкриминированное вам деяние или не совершали его, и, то ли деяние, которое вы совершали, вам инкриминируют. Согласны ли вы с тем, что вам инкриминируют или «предъявляют», или вы по ряду разных причин полностью не согласны с выдвигаемым против вас обвинением.

В любом случае важно помнить одно: не следует под воздействием испуга и давлением оперативников, как бы они ни запугивали, а они поверьте, умеют это делать, подписывать какие-либо признательные показания. Важно помнить, что в Конституции РФ  ст. 51 четко прописано ваше право, не давать показания против себя и своих близких родственников, а это значит, сообщив, что вы решили воспользоваться ст. 51, можно не давать ни каких показаний вообще. При этом важно помнить, что любые ваши показания работники правоохранительных органов обязаны брать у вас только в присутствии вашего адвоката (см. приложение 1 п. 109 – 117). Об адвокатах будет отдельный разговор, речь о них пойдет дальше.

Дело в том, что последующее изменение показаний очень плохо выглядит в дальнейшем на суде, и практически не реально исправит признательные показания на любые другие в процессе следствия. Все инстанции: суд, прокуратура и милиция, как правило, первые признательные показания берут за основу главной версии происходящего. И, почти всегда, ваши первые признательные показания ложатся в основу дальнейшего судебного решения. Если у вас есть т.н. «подельник» или «подельники», т.е. люди совместно с вами проходящие по одному и тому же делу, необходимо знать их позицию по вашему делу и какие именно показания они уже дали. Взяв паузу (сославшись на ст. 51), проще будет согласовать вашу дальнейшую, совместную, желательно единую защиту. Хотя и здесь, как показывает практика, не все так просто, как выглядит на первый взгляд.

Есть такая пословица: один хохол — хозяин, два хохла – парт ячейка три хохла — это партизанский отряд с предателем. Пословица эта как нельзя лучше иллюстрирует ситуацию, часто происходящую с «подельниками»  в системе. Поспешность, испуг, необдуманность действий — плохие советчики и всегда приводят к печальным последствиям.

Как бы ни повернулось дело, важно помнить одно — если по делу проходит один человек, следствием, как правило, инкриминируется I часть соответствующей статьи УК, если группа — II, III или IV. А это значит, в простом выражении, последующее наказание будет выше в том случае, если преступление совершено группой лиц. При этом совершили вы его на самом деле или же следственные органы сфальсифицировали доказательную базу, решающего значения для суда не имеет. Часто гораздо лучше, когда вину за всех берет на себя один человек. В этом случае и наказание меньше, и ваша совесть чиста в отношении остальных «подельников», а у них появляется вероятность оказаться на свободе.

Помните, если вас уже задержали и меру пресечения выбрали в качестве ареста, т.е. содержания под стражей,  оправдаться по суду, по статистике, очень мало шансов, всего 0,46 (4 с половиной человека из 1000 арестованных). Высокая вероятность получения условного срока бывает тогда, когда мерой пресечения выбрана подписка о не выезде, хотя и она не дает 100% гарантию того, что вы не будете отбывать реальный срок в условиях колонии. Сплошь и рядом бывает так: арестовали трех человек, развели по разным кабинетам и начинают психологическую и физическую обработку, а затем сообщают, что запираться глупо, тем более, ваши «подельники» дали уже признательные показания, и все «валят» на вас, вы, же запираясь, только усугубляете свою вину и еще, в довершении истории, выступаете как главарь группы (пойдете «паровозом»), а значит, и наказание получите максимальное. Если же вы согласитесь сотрудничать с органами следствия, то это все вам зачтется, и на суде вы получите минимальное наказание. Очень высокая вероятность того, что кто-то из трех человек в такой ситуации даст признательные показания, которые и лягут в основу обвинения. И уже не важно, что двое других ничего не сказали. Для следствия дело сделано, нужные показания получены, хотя они, эти показания  будут являться единственным доказательством содеянного.

Наивно предполагать, что частичные признательные показания помогут арестованному избежать получения срока. Для правоохранительных органов, по сути, не важно: частичные показания получены или полные. Для них работает одна логика: дыма без огня не бывает, Частично признался, значит, виноват и в остальном. Кого-то может удивить такое положение вещей, кто — то не поверит моим словам, но любой прошедший через «систему» подтвердит вам это. Помните, Закон и справедливость — две разные вещи.

 

Огромная армия полупрофессиональных или низко профессиональных «дознавателей» и следователей должны ежедневно подтверждать свою общественную необходимость. Они вынуждены демонстрировать свою нужность начальству и обществу, а для этого проще сфабриковать дело, раздуть из мухи слона и тут же продемонстрировать оперативную раскрываемость, чем искать серьезных профессиональных преступников или докапываться до истины. Истина — никому не нужна. Нужны показатели и победные реляции. К сожалению, в наше время в мире, в котором мы живем, стоимость жизни отдельного человека равна «О» или же многим нулям, все зависит от ситуации, случая и материального положения человека.

Такие вещи, как «явка с повинной» или «признательные показания», конечно, успокаивают вашу совесть и снимают некоторое давление со стороны следственных органов, но одновременно усиливают и закрепляют вашу уголовную ответственность. Повторюсь, так как это важно, не спешите давать вообще какие-либо показания, в том числе и признательные, хорошенько перед этим не подумав, или же не согласовав их с вашими товарищами по несчастью, или же не посоветовавшись с адвокатом.

Ни в коем случае не вовлекайте в вашу беду посторонних людей, называя какие либо конкретные фамилии, данные и другую подобную информацию. Чем меньше информации и фамилий от вас получит дознаватель или следователь, тем вам же будет лучше.

 

Не надо надеяться на т.н. алиби. Алиби бывает только в кино или книгах. В России термин «алиби» так же забыт, как и вообще многие юридические понятия. Не могу не привести к этому случаю старую русскую пословицу, до сих пор не потерявшую актуальности: Закон как дышло, куда повернул, туда и вышло.

В начале 2002 года в Москву приехал ингуш Ваха, приехал в гости к своим землякам. У ингушей, чеченцев, да и вообще кавказцев земляческие связи весьма крепки. Прилетел он 16 февраля, а 14 февраля в городе случилась одна неприятность, у известного писателя сатирика прямо на заправке злодеи отобрали дорогой автомобиль. Дело происходило вечером, лиц грабителей, сатирик не рассмотрел, однако сообразил, что они кавказцы. Какие именно кавказцы он тоже не разобрал. Скандал вышел знатный, страна сатирика знала и любила, поэтому начальство отдало приказ: разобраться с грабителями в кратчайшие сроки. Дело было не простым: автомобиля нет, свидетелей нет, есть только показания потерпевшего, что грабили его кавказцы. Оперативники для надежности и убедительности взяли сразу две группы возможных грабителей. Одна состояла из ингушей, другая из азербайджанцев и всех принялись разрабатывать по полной программе. Стесняться в такой ситуации не приходилось: во — первых приказ начальства, во- вторых одни ингуши другие, вообще иностранцы.

Били Ваху подряд много недель, требуя признательных показаний. Он их не давал. Ваха парень молодой, не глупый, из хорошей семьи твердо заявил следствию, что 14 февраля его в Москве не было и быть не могло, так как прилетел он в Москву только 16 февраля. Летел аэрофлотом, билеты прямо сейчас предоставить не может  потому, что сидит в тюрьме, но если отправить запрос, то аэрофлот мгновенно подтвердит его алиби. Такая глупость как алиби ингуша, милиционеров не интересовала. Естественно ни кто, ни куда запроса не отправлял. Параллельно с ингушами, а они попали на Матросскую тишину, то же самое происходило с азербайджанцами на Бутырке. Составить преступную группу из земляков кавказской национальности, находящихся в чужом городе проще простого: держатся вместе, едят вместе, машины и квартиры, как правило, используют одни и те же. Как вели себя азербайджанцы не известно, но Ваха мужественно стоял на своем, свято надеясь на алиби. Не помогало ничего, ни письменные заверения двадцати его родственников и знакомых включая зама министра МВД Ингушетии, что 14 февраля гражданин такой- то находился в Назране, ни документ из аэрофлота представленный адвокатом и подтверждающий, что гражданин Ваха действительно прилетел в Москву 16 февраля.

Парня промурыжили два года и на основании опознания его личности потерпевшим, опознание проводилось… по ушам, так сатирик злодеев видел только сзади и якобы запомнил лишь абрис ушей (при этом уши Вахи ни чем особенным не отличались от средне – нормальных). Дали бедному ингушу четыре года. К слову говоря, он отделался достаточно легко: статья средней тяжести выйти по УДО можно по половине срока, так что,  в колонии у него были все шансы быстро освободиться. Азербайджанцев естественно тоже никуда не отпустили, а наоборот привязали к ингушам, как желающим купить ворованный автомобиль, но не совершившим этот не законный акт по независящим от них причинам, тоже отправили в лагерь.

К представленному алиби суд отнесся скептически, а как может быть иначе – два года велись следствие и суд, были задействованы десятки работников из разных ведомств, потрачены многие тысячи казенных денег, и что теперь всех отпускать? А если так, то кто за это ответит?  Ну, смешно сказать, не милиция же виновата.

Стас Симонов.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>